maksim_kot (maksim_kot) wrote,
maksim_kot
maksim_kot

Categories:

"ЛАТГАЛИЯ, АБРЕНСКИЙ УЕЗД..."

продолжаем читать рассказы о латвийских подпольщиках

  Книги
   Поздней осенью 1941 года ученики Абренской гимназии снова сели за парты. Как изменил и жизнь и школу "новый порядок"! Среди пришедших в класс преподавателей и учеников больше не было ни коммунистов, ни комсомольцев. Одни ушли вместе с Красной Армией, другие были уничтожены фашистами в первые дни оккупации. В классах зазвучали голоса, всячески поносившие Советскую власть, восторгавшиеся успехами фашистских войск.
   Но в памяти у большинства гимназистов были еще свежи дни той жизни, которая пришла в Латвию вместе с Советской властью год назад. Мальчишки и девчонки сопоставляли эту жизнь с той, что принесли с собой оккупанты.
   ...Полицай, с хрустом потянувшись, зевнул. До конца дежурства еще далеко. А за окном моросит мелкий, надоедливый дождь - так и клонит ко сну. Приплюснул нос к стеклу, оглядел небо - нет ли просвета. На секунду задержал взгляд на мальчишках, гонявших тряпичный мяч на пустыре: ишь, дьяволята, им и дождь не в дождь, и войны будто нет. Проводив ленивым взглядом мяч, укатившийся за сарай, отошел от окна.
   Ребята, сбившись в кучку, прочесывали заросли лопухов.
   - Валька! Хитров! Хватит, вылезай!
   Из дыры в стенке сарая вывалился туго набитый портфель, а за ним показалась взлохмаченная белокурая голова паренька. Выбравшись, он подхватил портфель и, заорав: "Пасуй!", кинулся с пустыря. Вся ватага устремилась за ним.
   Это была уже не первая партия книг, добытая ребятами таким способом. Фашисты, конфисковав все учебники и школьную библиотеку, свалили книги в сарае около абренского полицейского участка. Полицаи топили книгами печи.
   Кто первым проложил дорогу в этот сарай, уже не вспомнить. Но побывали в нем многие: и Коля Тройников, и Саша Писуков, и Володя Петров, и другие ребята. Они, наверное, перетаскали бы все книги, если бы однажды Валька Хитров едва не угодил в лапы полицая, зашедшего в сарай за очередной порцией "растопки". Он вошел неожиданно для всех, и Валя еле успел юркнуть под дровни, стоявшие в углу. Ребята решили больше не рисковать. Добытые книги передавались из рук в руки, читали их и в одиночку и коллективно.


    Месть за Аудрини

   В один из январских дней 1942 года Петр Гродненский после занятий в гимназии возвращался на лыжах домой. Дорога шла через лес. Смеркалось.
   Линия фронта так далеко отодвинулась на восток, что в самую тихую погоду не слышалась больше артиллерийская канонада. Только иногда тишину морозных ночей нарушало размеренное урчание одиноких самолетов.
   Выехав на опушку, Петр вдруг замер: на снегу, на ветках деревьев, на кустах - всюду разбросаны какие-то листки. Петр протянул руку. Листовка! Отпечатана на латышском языке. Под карикатурой - подпись: "Уз Маскаву - хох, но Маскавас - ох..." Сразу стало радостно - наши! Значит, не зря гудят по ночам моторы самолетов над Абрене!
   Дома Петр показал находку старшему брату Степану, не успевшему уйти с Красной Армией, и тут же поделился планом: а что, если расклеить эти листовки по городу? В одну из ночей, разделившись на пары (Писуков - Тройников и Гродненский - Хитров), ребята вышли на улицы.
   Вот и первый щит с объявлениями. На нем зловеще белеет сообщение за подписью начальника германской полиции безопасности в Латвии Штрауха о расправе с жителями деревни Аудрини за связь с партизанами. Валентин вытащил грелку (если б знала тетя Клава, зачем понадобилась ее племяннику грелка!) и выдавил из нее сгусток клейстера. Петр приклеил листовку... Абрене мстило за Аудрини.

    "Искра" выходит на связь

   Перед концом учебного года гимназисты собрались на квартире у Тани Гавриловой. Здесь были ее сестра Вера, Валентин Хитров, Коля Тройников, Володя Сергеев, две Нины - Семенова и Хитрова, Федя Богданов, Надя Лишакова, Саша Писуков, Володя Петров, Петр Гродненский. Всех волновало одно: как установить связь с партизанами? Связь искали все лето и осень. В ноябре вновь собрались у Тани. За лето группа выросла в целую организацию. В надежде на то, что партизан все же скоро найдут, решили любыми способами доставать оружие, собирать боеприпасы. А организацию назвали "Искрой" - именем первой ленинской газеты.
   В декабре Клава Семенова через связного передала, что из-за линии фронта в Гавровскую волость прибыли два товарища и они хотят встретиться с руководителем "Искры". Их фамилии - Каупуж и Константинов. Владимира Константинова Гродненский знал лично - он был перед войной комсоргом Пурвмаловской волости.
   Через неделю в назначенный час Гродненский был в деревне Пузырево Аугшпилской волости, в доме Петра Петрова. Спустя полчаса на пороге появился незнакомый мужчина - невысокого роста, в полушубке. Вслед за ним Владимир Константинов!
   - Доминик Каупуж, - отчетливо произносит незнакомец. Его лицо спокойно и строго, но глаза говорят, что он тоже рад этой встрече.
   С этого момента "Искра" стала работать под руководством Каупужа и Константинова - организаторов, присланных Центральным Комитетом Компартии Латвии.

     Боевые задания

   11 марта 1943 года Петр Гродненский, Николай Тройников и Валентин Хитров были вызваны на встречу с Каупужем и Константиновым. Придя в условленное место, они увидели необычную картину: в комнате сидели вооруженные люди, среди них - знакомые железнодорожники из Абрене, люди из окрестных деревень. Видимо, должно было решаться что-то очень важное.
   Ребята не ошиблись. На заседании Абренского уездного антифашистского комитета совместно с руководителями боевых групп единогласно было принято решение о создании партизанского отряда "Пламя". Его командиром стал Ларионов, член антифашистского комитета уезда, комиссаром - Каупуж, начальником штаба - Константинов.
   У партизан еще не было никакой базы. Поэтому всех желающих принять в отряд не смогли. В лес ушли только те, кто скрывался от преследований фашистов. А искровцы получили боевое задание - передать отряду все имеющееся у них оружие, установить связь с лицами, поступившими на службу к оккупантам, но желающими оказывать помощь партизанам и подпольщикам, размножать и распространять среди населения листовки. Как достать оружие? Однажды на запасных путях станции Абрене остановился железнодорожный состав. На платформах грудами лежали поврежденные винтовки, пулеметы. Эшелон охранялся плохо - фрицы, видимо, считали, что "металлолом" вряд ли кого-нибудь заинтересует. Только над крышей теплушки в конце состава клубился дым. Петр и Валентин зашли в вагон.
   - Сало не сменяете? Берем сигареты, вино...
   Солдаты загоготали.
   - Сало? О карош! Гут! Показать...
   А тем временем Толя Иванов и Саша Писуков производили "раскопки" на платформах. Когда состав ушел, осторожно извлекли из-под штабеля щитов припрятанные винтовки.
   Устанавливать связи с лицами, работавшими в учреждениях оккупантов, было рискованно. Поэтому, получив согласие руководства уездного комитета, искровцы решили устроить на работу в эти учреждения членов своей организации. Нина Хитрова стала служащей Пурвмаловской волостной управы, Алексей Соловьев и Александр Писуков нанялись рабочими на станцию Абрене. И. Иванову было поручено поступить в охрану военнопленных, А. Антропову - в волостную полицию. Вскоре от ребят стали поступать ценные сведения, которыми они снабжали организацию до дня освобождения.
   Искровцы подбирали для подпольщиков конспиративные квартиры, собирали сведения о противнике, обеспечивали связь между отдельными группами. Некоторые ребята выполняли обязанности проводников партизан в наиболее опасных местах.
   В молодежной подпольной организации числилось теперь много юношей и девушек, поэтому необходимо было создать центр по руководству всей антифашистской работой в уезде. 21 июля 1943 года в присутствии уполномоченного ЦК комсомола Латвии Павла Румница, прибывшего с Большой земли, был организован Абренский подпольный комитет комсомола.
   Первым секретарем подпольного комитета комсомола был избран Петр Гродненский, вторым - Валентин Хитров, Николай Тройников стал заведующим отделом пропаганды, а Анатолий Иванов - заведующим военным отделом.

    Фашистские асы летят под откос

   В один из сентябрьских дней Петр Петров сообщил: "Ночью со станции Гулбене отправляется на фронт специальный скорый поезд, его пассажиры - отборные летчики, офицеры. Через Абрене проследует примерно в 24.00". Состав решили не пропускать. Но где взять взрывчатку? Тут-то и пригодился неразорвавшийся тридцатикилограммовый артиллерийский снаряд, на всякий случай припрятанный Ваней Орловым.
   Наступила ночь. Петр и Валентин шли впереди, показывая дорогу, партизаны - за ними. Двигались по пахоте, стараясь держаться подальше от хуторов, чтобы не залаяли собаки и не заметили немцы. Осталась позади маленькая речка Лудонка. Группа углубилась в лес. Наконец сквозь поредевшие деревья стала видна еле заметная в черноте ночи темно-серая линия железнодорожного полотна.
   На разведку отправились опытный подрывник Карузин и Константинов. Тянутся долгие минуты. В лесу пахнет гнилью, над головами ветер с шумом раскачивает верхушки столетних елей. Становится прохладно. Невдалеке, у железной дороги, слышится немецкая речь - это проходит патруль. Наконец разведчики возвращаются. Пора действовать. Карузин и Константинов закладывают заряд. Петр и Валентин отходят метров на триста и ждут поезда. Они должны определить, тот ли это состав, и подать условный световой сигнал.
   Снова минуты ожидания. То и дело слышится шум автомобильных моторов - это по шоссе Абрене - Виляка проходят машины. Лежать на земле сыро и холодно. Парни теснее прижимаются друг к другу.
   Около одиннадцати ночи со стороны, противоположной той, откуда должен появиться поезд с летчиками, проносится какой-то состав. Его пропускают. Как медленно тянется время! Из ночной мглы выплывают три неясные фигуры с винтовками за плечами. Немецкий патруль неторопливо проходит по полотну. Заметят мину? Нет, шаги звучат все тише и тише...
   Где-то за деревьями протяжно гудит паровоз. И вдруг темноту прорезает луч прожектора локомотива. Блики пляшут на рельсах, полоса яркого света ложится на откосы полотна, на деревья и кусты.
   Одновременно замигали красные огоньки двух карманных фонариков. Еще через мгновение сверкнула яркая вспышка и раздался оглушительный взрыв. Петр и Валентин бросились в лес. А за их спинами - летящие под откос вагоны, грохот и скрежет металла, беспорядочные выстрелы...
   О результатах операции ребята узнали позднее. Район взрыва окружили войска, на этот раз даже полицаев и айзсаргов не подпускали близко. Военные и санитарные машины более полутора суток вывозили мертвых и раненых фашистских стервятников.

   Казнь предателей

   Большинство жителей уезда не скрывало своих симпатий к Советской власти. Но были и такие, кто сразу же перешел на службу к гитлеровцам. Особенно зверствовал в уезде Альфонс Горбан, в прошлом член фашистской организации айзсаргов. Это он отправил на смерть Ивана Бровина, Алексея Егорова, Кузьму Милова, братьев Логиновых.
   Вместе с такими же, как он, подонками Горбан расстрелял сотни беженцев, не сумевших уйти от фашистов, - маленьких детей, женщин и стариков, отправил в лагеря смерти десятки семей. Подпольщики решили уничтожить предателя. Но как это сделать? Наконец удобный момент улучен: Альфонс пригласил к себе дружков отведать пива. Петр Гродненский передал эти сведения командиру 2-го партизанского подотряда Биетагу. Операцию проводили партизаны с помощью молодых подпольщиков.
   Когда предатели основательно "нагрузились", дверь комнаты резко распахнулась. Четверо партизан с автоматами ворвались в помещение.
   - Встать, руки вверх!..
   - Кто-о вы та-а-кие? - заикаясь, спрашивает один из полицаев.
   - Красные партизаны! - отвечает Биетаг. - Не шевелиться!
   В других комнатах в это время идет обыск. Найден список молодежи, подлежавшей угону в Германию, - 215 человек, в шкафах и на чердаке - вещи, награбленные у расстрелянных.
   Альфонс ползает на коленях.
   - Пощадите!..
   Но предателям пощады нет. Зачитывается приговор, и тут же гремят семь выстрелов.

   Борьба продолжается

   На следующий день полицейские и эсэсовцы арестовали две семьи Орловых. После обыска, который ничего не дал, арестованных отправили в тюрьму. Хотя в казни предателя никто из них не участвовал, над организацией нависла угроза. Орловы были связаны с подпольем и партизанами. Но опасения оказались напрасными. Орловы никого не выдали. А в конце ноября 1943 года гитлеровцы схватили Петра Гродненского, Николая Тройкикова и Владимира Сергеева, подозревавшихся в связях с партизанами. Еще через несколько дней в тюрьму попали Таня и Вера Гавриловы. Другие подпольщики, узнав об арестах, успели уйти в лес к партизанам.
   Но организация жила. Клава Семенова, Владимир Петров, Анатолий и Александр Писуковы, Надя Лишакова и многие другие искровцы, оставшиеся на легальном положении, продолжали борьбу.
   В ночь на 2 января 1944 года Петру Гродненскому удалось бежать из тюрьмы. Он добрался до явки, получил оружие, а на следующий день был в партизанском отряде, где уже собралась большая группа подпольщиков. С этого времени большинство молодых партизан переключается на диверсионную работу. Нередко после схваток с оккупантами не досчитывались в своих рядах многих верных товарищей. В гестаповских застенках, в лагерях смерти были замучены члены молодежной организации Михаил Кузнецов, Николай Лишаков, Михаил Милов, Николай Миронов, Антонина Петрова, Алексей Соловьев, Федор Трофимов, Игорь Хитров. Не дожили до дня победы, погибли в боях с фашистами Федор Иванов, Петр Кузнецов, Антонина и Зинаида Майковы, Анатолий Писуков, Владимир Петров, Валентин Хитров и другие абренские комсомольцы. Память о них живет в сердцах благодарных потомков.

ЕВГЕНИЙ МАРГОЛИН, ЮРИЙ МИТИН
"ЛАТГАЛИЯ, АБРЕНСКИЙ УЕЗД..."

Статья из сборника "НАМ НЕ ЗАБЫТЬ ВАС РЕБЯТА".  Комсомольско-молодёжное подполье в годы войны. Очерки, документальные рассказы, воспоминания. МОСКВА, "МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ", 1976.



Tags: 1941-1945, Латвия, антифашизм, историческая справочная
Subscribe

Posts from This Journal “1941-1945” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments