March 26th, 2018

бархан-кот

МОЛЧАНИЕ ЯГНЯТ. Или, почему треть "Согласия" молча поддержала школьную реформу.

Пишет нам

МОЛЧАНИЕ ЯГНЯТ

(Или, почему треть русской оппозиции молча поддержала реформу Шадурского)

* * *

Выходные я провёл за чтением сеймовских протоколов. Очень злой.

Итак, что вычитал.

По итогам выборов Сейма осенью 2014 года от списка партии «Согласие» было избрано 24 депутата. Это почти каждый четвёртый в Сейме. Каждый четвёртый! От общего числа депутатов.

Итак, формально «реформа Шадурского» продавливалась через поправки в два закона - об образовании и о всеобщем образовании (несмотря на похожие названия, это разные законы).

По закону о всеобщем образовании ПРОТИВ голосовали только 16 человек из 24 избранных по списку «Согласия». То есть третья часть как бы «русских оппозиционных» депутатов не голосовала.

По закону о всеобщем образовании не голосовали:

лидер фракции Янис Урбанович,
Борис Цилевич,
Сергей Долгополов,
Сергей Мирский,
Виталий Орлов,
Зента Третьяк,
Иварс Зариньш и
Игорь Зуев.

По закону об образовании ПРОТИВ голосовали 18 человек из 24 депутатов «Согласия». Здесь четверть не голосовала.

Здесь не голосовали против:

лидер фракции Янис Урбанович,
Борис Цилевич,
Сергей Долгополов,
Сергей Мирский,
Иварс Зариньш и
Игорь Зуев,
Зента Третьяк.

* * *

Я очень горд тем, что знаком с Еленой Лазаревой. Эта хрупкая женщина - одна из немногих, кто дал бой Шадурскису. Кроме нее выступали еще 4 депутата (Игорь Пименов (несколько раз), Иван Клементьев (несколько раз), Янис Тутин (один раз) и Андрис Морозов (один раз).)

Остальные многозначительно молчали...

* * *

«Согласие» объявило, что сеймовская фракция «Согласия» обратится к Президенту Вейонису с просьбой не провозглашать поправки в законы. А потом обратятся в Конституционный суд. Хочу пожелать успехов коллегам.

Но вот вопрос: почему вдруг Президент Вейонис должен не провозглашать эти законы, если подавляющее большинство депутатов Сейма плюс треть оппозиции не были против?

С Конституционным судом то же самое: всегда, рассматривая соответствие той или иной правовой нормы Конституции страны (а Конституционный суд занимается только этим), Конституционный суд отвечает на вопрос: что хотел сказать законодатель, вводя ту или иную норму и какие были контраргументы? Как это может узнать суд? Правильно, читая (слушая) стенограмму заседания Сейма. А что там могут услышать судьи, если там много речей Шадурского и нациков и стыдливое молчание большинства депутатов из главной оппозиционной фракции?


* * *

Именно это я писал в своем открытом письме перед последним съездом партии «Согласие» в декабре прошлого года: партия, у которой 90 процентов избирателей - представители национальных меньшинств. Такая партия должнf быть гарантом для своих избирателей, и это голосование ля нацменьшинств было самое главное за этот 4-летний созыв этого Сейма.

Меня тогда не услышали. И выгнали из партии.

Врагов надо бить и нещадно. Политика - это всегда война.

--------------

P. S.

Вижу уже комментарии вскормленных троллей: да там ничего нельзя было изменить, большинство депутатов Сейма за реформу... А вот ничего подобного!

Ещё будучи журналистом, я следил, когда в Эстонии оппозиционная тогда Центристская партия (аналог нашего «Согласия») трепала на пленарке нервы коалиции во главе с Партией Реформ (аналог нашего «Единства»). Особенно, когда премьером был Андрус Ансип. Центристы выступали 8 минут, а потом брали разрешённый эстонским регламентом 10-минутный перерыв. И так по каждому вопросу! Заседания заканчивались в 4 утра, и многие вопросы удавалось «зарубить» только потому, что коалиция оказывалась слабенькой: кто-то не досиживал до финального голосования, кто-то тупо спал и не мог нажать кнопку в нужный момент... Но эстонская оппозиция была злой, упрямой и никогда не отступала.

В случае с реформой Шадурского на пленарку вынесли суммарно 30 поправок (27 поправок к закону об образовании и 3 к закону о всеобщем образовании).

В Сейме можно выступать первый раз 5 минут, второй раз две. Даже если бы каждый из 24 депутатов от списка «Согласия» взял бы 5-минутную речь, и по каждой из 30 поправок, то речи оппозиции длились бы ровно 3600 минут или 60 часов нон-стопом, или в сутках - 2 с половиной дня без перерыва на обед и сон.

Ни один Райвис Дзинтарс не выдержал бы такого натиска. А дело-то было в четверг после обеда (голосование по поправкам в закон о всеобщем образовании было в 14-06, а по поправкам в закон об образовании в 15-12). У половины Сейма в четверг вечером явно куплены авиабилеты съездить на уик-энд куда-нить в тёплые страны или хотя бы свалить из города в деревню на те же выходные. Оппозиция прекрасно испортила бы отдых депутатам коалиции. А как максимум - может, и большинства голосов не было бы.

Но «Согласие» этот вариант даже не попробовало.

Collapse )