maksim_kot (maksim_kot) wrote,
maksim_kot
maksim_kot

Categories:

ГЕНЕРАЛ Р.К.БАНГЕРСКИЙ: МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ НА ВОСТОКЕ РОССИИ (2)

продолжение статьи
начало тут
bang_foto_2

Поход с трагическим концом

20 июня 1918г. перед обедом мы вышли из дома, где жил Брехманис. Везде по улицам ходили патрули. На первом посту мы показали свои документы, нас пропустили, но спросили, куда идем? Мы показали на здание фабрики. Видимо, нас не заподозрили. Мы были легко одеты, без головных уборов и без вещей. Мы переплыли через реку и провели ночь в небольшой роще. На второй день пути начались трудности, хлеб кончился, а в село зайти мы не рискнули. Видели в селе красноармейцев, затем на восток проехала небольшая транспортная колонна. Наконец, мы увидели в поле двух работающих женщин. Чтобы их не испугать, к ним пошел один Брехманис. Его миссия была успешной: женщины продали ему свой хлеб. Мы приободрились и пошли дальше, не предвидя, что впереди нас ждут суровые испытания. Сначала на нашем пути встретилось большое озеро, и на его противоположном конце уже к вечеру мы наткнулись на красноармейский пост и побежали обратно. И тут мы услышали, что за нами вдогонку пустили собаку. Мы бросились в озеро и забрались в камыши. Там мы дождались сумерек. Когда все стихло, вылезли из своего убежища и, сделав изрядный крюк, обошли пост. Незадолго перед рассветом, борясь с комарами, мы вышли из леса и увидели впереди вышку. Эти вышки были сделаны еще при царе, и с них следили за беглыми каторжниками. Большевики их использовали для слежки за беглецами и партизанами. Итак, мы могли идти только ночью, а днем прятались. В этот день мы ушли дальше в тайгу, развели костерок, высушили одежду и сапоги, которые потом не смогли одеть и их пришлось разрезать.


[Spoiler (click to open)]

Было утро 23 июня, когда мы двинулись дальше. Мы не знали, где фронт, но думали, что до него всего 30 километров. Брехманис предложил податься правее, чтобы быть ближе к большому тракту, где встречались деревни. Если судить по нашей карте, впереди протекали две реки, шедшие в противоположные стороны. Попавшаяся река была широка, но проходима вброд, что мы и сделали. Сапоги стали малы, и идти было очень тяжело. Уже в сумерках мы подошли к большой дороге и, судя по карте, находились недалеко от большого села. За спиной уже был трехдневный поход, провизия вся кончилась, обувь развалилась, одежда была мокрая. Мы решили заночевать в лесу. Когда нашли подходящее место и стали готовиться к ночлегу, Брехманис решил сходить в село, поискать хлеба и другой еды. Я остался и начал сооружать шалаш. Брехманис был в гимнастерке и ему было сподручнее идти в село. Я сказал ему, что, наверное, лучше идти днем, это не так подозрительно. Однако он пошел и добавил, что попросит что-нибудь у священника. Обещал, что ненадолго. Я сделал шалаш, развел костерок и начал сушить свой френч, как вдруг услышал приближающиеся голоса людей и звон колокольчика. Я быстро потушил костер, взял одежду и спрятался в кустах. Оказалось, что это была группа красноармейцев, человек десять. Они вели лошадей и прошли мимо моего шалаша, не заметив его. Отпустив лошадей пастись, сами военные возвратились назад. Мне стало ясно, что в селе есть красноармейцы, и Брехманис может попасться. Я вернулся к своему шалашу, разжег небольшой костер, чтобы Брехманис его увидел. Но сам я находился не в шалаше, а на некотором расстоянии.

Вначале я не особенно волновался, что Брехманиса долго не было, мало ли что? Когда время подошло к полуночи, я стал подавать условный свист, но все было напрасно. Тут я понял, что остался один, и Брехманис больше не вернется. Я без сил упал на землю и вдруг почувствовал страшную усталость. Очень болели ноги. Как идти дальше, ведь карта и компас остались у Брехманиса? Без них ни туда, ни обратно в лесу не возьмешь правильного направления. Положение было отчаянное: еды нет, ноги болели, - явилась мысль покончить с собой. Может быть, я бы эго и сделал, но у меня не было никакого оружия. И вдруг у меня вспыхнула надежда: вернуться в Екатеринбург, но не по тайге, а по главному тракту, и пусть надо мной будет Божья Воля! В таких мыслях прошел час, меня тянуло ко сну. Прежде чем податься в рискованный путь, нужно было поспать. Я залез в густой кустарник, положил под голову свой френч и уснул.

Проспав часа два, я встал и пошел к селу по следам лошадей и людей. Примерно через час я вышел из леса и увидел тракт и село. На опушке леса я постоял и подумал о судьбе Брехманиса. Пытаться ли идти дальше? И тут я увидел человека, вышедшего из леса и направлявшегося с собакой в мою сторону. Я подошел к нему, поздоровался и спросил, не видел ли он солдата - моего спутника, который заблудился в лесу? Этот человек ответил, что он солдата не встречал, но красноармейцы вчера поймали какого-то агитатора, у которого под бельем, на голом теле, были запрятаны 7000 рублей, наверное, для агитации. На мой вопрос, как он выглядел, этот агитатор, человек ответил, и я понял, что это мой несчастный спутник. Человеку с собакой я сказал, что это не мой солдат, и спросил, а что с этим агитатором? Я получил ответ, что его на ночь закрыли в каком-то сарае, где он, наверное, находится и сейчас. Он сказал также, что в селе расположилось около 300 красноармейцев, но мне нечего его бояться, он видел, кто я, все утро наблюдал за мной в окно и вышел на меня посмотреть. Я боялся довериться чужому человеку и ответил ему, что это из-за своего солдата я так долго стоял здесь, мне не хотелось оставлять его одного, но наверное, придется идти дальше без него. Не знаю, поверил ли мне этот человек, но он вдруг спросил, не дам ли я ему немного денег. Я достал кошелек, оказалось, что у меня 80 рублей керенками, банкноты по 20 рублей. Он попросил половину, отказать было трудно. Я сказал:

- Возьмите, добрый человек, половину, а мне найдите хоть небольшой кусок хлеба.

- Что Вы, с хлебом плохо, новая власть отняла все зерно и выдает его понемногу, чтобы только люди не умирали с голоду. Дома у меня хлеба совсем немного.

- Ну, тогда дайте мне половину, - воскликнул я.

- Хорошо, я вам принесу, но вы спрячьтесь в лесу и ждите.

Я думал, что больше его не увижу, но ошибся. Не прошло и часа, как новый знакомый принес хлеб и в бумажке соль. Это меня очень тронуло.

Съев хлеб и отдохнув, я мог идти обратно в Екатеринбург. Я обошел село по краю леса и вошел в него с другой стороны. Был приятный солнечный день, человек пятнадцать красноармейцев сидели на бревнах на краю улицы и разговаривали. С большим волнением я подошел, поздоровался и спросил дорогу в Екатеринбург. Они мне ответили: прямо по большому тракту до Екатеринбурга километров пятьдесят или шестьдесят. Через полкилометра я встретил еще одну группу красноармейцев, также спросил дорогу и, получив такой же ответ, пошел дальше. Через некоторое время меня догнали трое всадников и спросили, почему я иду один, что делал и есть ли у меня документы. Я показал свои документы, они сказали: «Ладно и так видим, что идешь по делу». Только добавили: «А где денщик?» Я ничего на это не ответил и пошел дальше.

Часов через пять снова показалось село. Там я решил отдохнуть, идти уже не было сил. Село стояло у большого озера и насчитывало 12-15 домов. Сначала никто на ночлег меня не пускал. Наконец, один крестьянин показал мне на новый дом на берегу озера, назвал хозяина и сказал, что тот, наверное, пустит переночевать. Там мне дали ночлег, покормили, а на утро протопили баню, чтобы я подлечил свои ноги. Когда мы сидели за ужином, хозяин выражал свое недовольство настоящими порядками и обижался, что из-за нового дома его считают кулаком, ругал большевиков. Я был осторожен и говорил, что настанет порядок и все поправится.

После завтрака хозяин посмотрел в окно и сказал:

- Данилыч едет!

Это был их старший милиционер, человек лет тридцати, обвешанный оружием, с карабином, револьвером и гранатами на поясе. Он приказал мне одеться и идти за ним. Я сослался на больные ноги, но он закричал на меня:

- Давай быстрее!

Я шел впереди, а сзади на коне ехал Данилыч. Меня завели в дом, где в небольшой комнате стояли столы с разложенными на них бумагами. За столами и рядом сидело человек шесть-семь самого подозрительного вида.

- Вот еще одного поймал! - сказал Данилыч.

Я объяснил, что меня никто не ловил, я ждал баню, когда вошел вот этот товарищ и привел меня сюда. Меня спросили, откуда я, и я ответил, что в Москве я принят на работу и командирован в Троицк, но в связи с военными событиями я туда не могу попасть. Потратившись в Екатеринбурге, я подался искать работу, но заболел и иду обратно в Екатеринбург. Тот, кто меня спрашивал, видимо мне не поверил и посовещался с остальными. Мои документы он не посмотрел, а подал молодому, лет 18-20-ти, бойцу. Тот посмотрел и спросил, не служил ли я в латышских стрелках. Я ответил, что был командиром 1 Даугавгривского латышского стрелкового полка. Затем, узнав от одного из догнавших меня красноармейцев, показывал ли я им документы, меня освободили.

Отношение ко мне изменилось. Меня спросили, не хочу ли я отдохнуть прежде, чем идти дальше, и не хочу ли я поесть. Я ответил, что там, где я ночевал, я поел. Они извинились, и я вернулся к хозяину, где уже была готова баня. Хозяин рассказал мне, что здесь был бунт, выступили человек сто пятьдесят. Из Екатеринбурга приезжали три или четыре бронемашины, и бунтовщиков разогнали. Сейчас их по одному ловят и расстреливают. Я понял, что жизнь моя висела на волоске и, если бы не тот молодой боец, который меня догнал верхом и выступил свидетелем, дело мое было бы плохо. Я сходил в баню, привел себя в порядок и был опять готов к жизни и борьбе. В этот день никого не было, кто бы меня подвез в Екатеринбург. Я пробыл у своего хозяина еще два дня. Он дал мне старенькую обгоревшую солдатскую шинель и старую шапку. Внешне я был теперь похож на больного солдата, да так оно и было, у меня болели ноги.

Мы выехали рано утром и к вечеру находились уже в Екатеринбурге. По улице шел капитан Клявиньш с женой, и на минуту, пропуская прохожих, они остановились около нашей телеги, но меня не узнали. Я не стал здороваться с ними, инстинктивно подумав о своей безопасности. И правильно сделал, потому что, как оказалось, пойманный Брехманис назвал меня. Когда я вернулся домой, то хозяйка сказала, что меня несколько раз спрашивали. Я понял, что надо скрываться. Через несколько дней я узнал, что Брехманис был привезен в Екатеринбург, где и выяснилось, что он слушатель военной академии. Начальник академии Андогский был очень возмущен тем, что Брехманис бежал и скомпрометировал всю академию(22). Андогский не заступился за него, и его вместе с шестьюдесятью пятью другими заложниками расстреляли. Среди расстрелянных были священники и даже женщины(23)...


[На этих строчках, к сожалению, обрываются последовательные воспоминания генерала Бангерского о Гражданской войне на Востоке России и далее следуют только краткие планы-А.К. ]


Служба в Сибирской армии

Сибирская эпопея

Осенью 1918 г. по всей России от Карпат до Тихого океана шли восстания против большевиков. Возникло множество местных правительств:

1. Самара (теперь Куйбышев) - Комитет [членов] Учредительного собрания, иначе КОМУЧ.

2. Уральск - казачье правительство.

3. Оренбург - Дутов.

4. Екатеринбург (теперь Свердловск) - Уральское правительство.

5. Омск - Сибирское правительство.

6. Чита - Семенов.

7. Дальний Восток - три правительства.

Армия

Приближение фронта. Переворот. Чехи. Голицын24. Я начальник штаба гарнизона. Формирование 7 Уральской дивизии. Мои сомнения о деятельности чехов. Голицын принимает 7 дивизию. Уральское правительство. Я формирую 12 дивизию. Полковники Манюков, Воробьев. Риза Хирза25. Ужасные находки в шахтах. Уфимское правительство. Генерал ...26, полковник Рютель27. Визит адмирала Колчака. Мое выступление. Генерал Нокс. Поздний ужин, неправильный гимн. Со своей 12 Уральской дивизией против большевиков. Первые успехи. Повышение в чине. Весеннее наступление и разгром. Солдаты без обуви и одежды. Итог многовластия, начало катастрофы. Большое отступление (Иркутск, Колчак.) Ледовый поход. Каппель. Через Байкал. Отступление. Гривин и Войцеховский.

Чита

Атаман Семенов и его правительство. Бунты с Лоховым и Войцеховским. Офицер застрелился из-за воровства. Общий фронт с японцами. Крах фронта из-за удара в спину. Бунт в Чите против меня. Отъезд через Монголию и реку Онон. Ламаистский монастырь Цуум. Гостеприимство. Бой в ночном селе. Большой холод. Конный дивизион помогает отбить противника.

Харбинский период

Разоружение на станции Маньчжурия. Судьба денег. Положение в Харбине и Приморском крае. Владивосток. Япония. Корея. Отель Ямато. Я с документами от Японии. Путь на Родину. Кража. Озолиньш. Париж. Лион. Письмо от польского инженера моей сестре. Возвращение.

31 июля 1921 г. на корабле «Ямато-Мару» из Шанхая выехал в Европу. 11 августа 1921 г. в Шанхае получено первое мое известие из Гонконга, 23 августа первые вести из Сингапура. 25 сентября пишу письмо сестре из Парижа.

***

_____________________________________________

1 По материалам: РГВА. Ф.40215.Оп.1.Д.85; Bangerskis Rūdolfs //Lāčplēša kara ordeņa kavalieri. Biogrāfiska vārdnica. -Riga,1995. -P.60.

2 «Полковник, позднее генерал-майор Бангерский - латыш по национальности. Вольноопределяющимся 2-го разряда был на русско-японской войне, где получил солдатский Георгиевский крест. После войны держал «экстерном» на офицера в одном из военных училищ (Казанском?), произведен в офицеры. Держал экзамен в академию Генерального штаба, которую окончил по третьему разряду (?!?). В Великую войну, в 1915 году, командовал одним из Сибирских стрелковых полков. В 1916 году одним из первых сформировал латышский батальон. Храбрый офицер, но большой тяжелодум и очень тяжелый человек. Начальники штабов у него не держались». -См.: Филимонов Б.Б. Белая армия адмирала Колчака. -М.,1997. -С.43.

3 «В мирное время латвийская армия насчитывала 16-18 тысяч человек, всего четыре пехотных дивизии, одну техническую дивизию (авиационный полк, танковый полк, полк бронепоездов и батальон связи) и спецчасти. В военное время армия могла быть увеличена до 120 тысяч человек. Армия была хорошо обученной и дисциплинированной, однако многие виды вооружений были устаревшими». -См.: Смирин Г. Основные факты истории Латвии. -Рига, 1993. -С. 133.

4 «Легион численностью свыше 30 тысяч человек состоял из двух дивизий СС - 15-й и 19-й, которыми командовали немцы. Генеральным инспектором легиона (с ограниченными и неясными полномочиями) был назначен бывший генерал латвийской армии Р.Бангерский, которому было присвоено звание группенфюрера СС». -См.: Смирин Г. Основные факты истории Латвии. -С. 143-144.

5 «В феврале 1945 г. в Потсдаме был созван Латвийский национальный совет, который избрал Латвийский национальный комитет во главе с Р.Бангерским. Предполагалось, что этот комитет сменит латышское самоуправление, однако германские власти в Лиепае, куда комитет перебрался в начале марта, рассматривали его лишь как организацию беженцев. В начале апреля Р.Бангерский бежал в Германию, где сдался в плен западным союзникам». -См.: Смирин Г. Основные факты истории Латвии. -С. 149.

6 Bangerskis R. Mana mūža atminas. -Grāmata 2. Krievijā un Tālayos austrumos. -Kopehāgenā, 1959. - P. 13-45.

7 Прибыв из отпуска в начале 1918 г. в Сигулду, Р.К.Бангерский узнал, что его 17 Сибирский стрелковый полк убыл куда-то па восток. Приехав в Петроград, полковник явился к наркомвоену Н.И.Подвойскому, который сообщил, что ему необходимо направляться в сторону Перми. Получив 200 рублей командировочных. Бангерский выехал на Урал.

8 Троицк - уездный город Оренбургской губернии (ныне Челябинской области) с населением около 25 тыс. человек. Крупный центр торговли со Средней Азией, связанный железнодорожным путем с Самаро-Златоустовской железной дорогой. -См.: Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. -СПб., 1914. -Т.5. -С.488-489.

9 Р.К.Бангерский ошибся в фамилии. Имеется в виду Аппельбаум Я.В. - председатель Троицкого горисполкома совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, погиб во время взятия чехословаками Троицка в июне 1918 г. -См.: Гражданская война на Южном Урале. 1918-1919 гг. Сб. док. и мат. -Челябинск, 1962. -С.403.

10 Судя по описанию, это был окружной военный комиссар Уральского военного округа Анучин Сергей Андреевич (1889-1956). -См.: Гражданская война и военная интервенция в СССР. Энциклопедия. -М.,1987. -С.40.

11 Бонч-Бруевич Михаил Дмитриевич (1870-1956) - генерал Российской императорской армии, одним из первых перешел на службу советской власти. В описываемое время - военный руководитель Высшего военного совета. -См.: Гражданская война и военная интервенция в СССР. -С.71.

12 Переезд Военной академии из Петербурга в Екатеринбург проходил весь апрель и май 1918 г. -См.: Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе Республики советов. 1917-1920 гг. -М.,1988. - С.84.

13 Аузан Андрей Иванович - генерал-майор Российской императорской армии. На службе в Красной армии с 1918 г. -См.: Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе... -С.236.

14 Гоппер Карл Янович (1876-1941) - окончил Псковский кадетский корпус и Виленское военное училище. Участник Великой войны в 1914-1917 гг. С 1916 г. командир 7 Баусского латвийского стрелкового полка, с 1917 г. командир 1 латвийской стрелковой бригады. Награжден Георгиевским оружием, орденами Св.Георгия 4-й и 3 степ, и Св.Владимира 3 степ, с мечами. Генерал-майор. В описываемое время входил в состав «Союза защиты Родины и свободы». Участник Ярославского восстания (июль 1918 г.). В 1918-1920 гг. служил в составе Белых армий Востока России. В 1920 г. вернулся в Латвию, где занимал различные должности в латвийской армии. Награжден многими латвийскими и иностранными орденами. В 1940 г. арестован НКВД, и 25 марта 1941 г. скончался в Рижской центральной тюрьме. -См.: Goppers Kārlis //Lāčplēša kara ordeņa kavalieri. -P. 167-168.

Бриедис Фридрих Андреевич (1888-1918) - окончил Владимирское военное училище и военную академию. Один из организаторов латышских стрелковых частей. Командир 1 роты 1 Даугавгрив- ского латвийского стрелкового батальона, с 1917 г. полковник, командир 1 Даугавгривского латвийского стрелкового полка. Награжден Георгиевским оружием и орденом Св.Георгия 4 степ. С декабря 1917 г. являлся в Москве одним из инициаторов и руководителей «Союза защиты Родины и свободы», в котором возглавлял отдел разведки и контрразведки. 23 июля 1918 г. был арестован на квартире нефтепромышленника Лианозова и расстрелян в ночь с 27 на 28 августа 1918 г. в Бутырской тюрьме. -См.: Briedis Fridrichs//Lāčplēšakara ordeņa kavalieri. -P.94; К истории ВЧК: Письмо А.И.Эрдмана (Бирзе) Ф.Э.Дзержинскому //Русское прошлое (Санкт-Петербург). -1996. -№ 6. -С.204.

15 Вацетис Иоаким Иоакимович (1873-1938)- офицер Российской императорской армии. В описываемое время являлся начальником Советской латышской стрелковой дивизии. -См.: Деятели СССР и революционного движения в России. Энциклопедический словарь Гранат. -М.,1989. -С.62-71.

16 31 мая 1918 г. в Москве по приказу командующего войсками Московского военного округа Н.И.Мурадова было объявлено военное положение и решено, что все бывшие офицеры обязаны зарегистрироваться в районных военкоматах. О том, как происходила эта регистрация, известно из воспоминаний советских ответственных работников. В манеже бывшего Александровского военного училища было собрано свыше 17 тыс. бывших офицеров от прапорщиков до полных генералов. Часть офицеров заперли в манеже, другую часть расположили во дворе. На обед их не выпустили, а на ночь не привезли даже соломы. От скученности начались болезни и эпидемия. Некоторые офицеры тут же арестовывались, а многие из них нашли свой конец в тире соседнего Астраханского гренадерского полка. -См.: Кавтарадзе А.Г. Военные специалисты на службе... -С.118; Волков С.В. Трагедия русского офицерства. - М.,1999. -С.68.

17 Муралов Николай Иванович (1877-1937) - советский военный деятель, в описываемое время командующий Московским военным округом. -См.: Деятели СССР и революционного движения в России. -С.557-558.

18 Расстрел группы заложников из 19 человек екатеринбургских горожан был произведен чекистами 29 июня 1918 г. в ответ на гибель на станции Тундуш (между Бердяушем и Златоустом) члена Уралобкома комиссара И.М.Малышева. -См.: Известия Уральского областного совета рабочих, крестьянских и армейских депутатов (Екатеринбург). -1918. -30 июня.

19 Скорее всего это был военный руководитель Уральского окружного военного комиссариата бывший генерал Надежный Дмитрий Николаевич (1873-1945). -См.: Гражданская .война и военная интервенция в СССР. -С.372.

20 В связи с выступлением чехов в Екатеринбурге с 29 мая 1918 г. было введено военное положение и комендантский час. -См.: Уральская жизнь (Екатеринбург). -1918.-31 мая.

21 Линия фронта на Екатеринбург-Челябинском направлении проходила в эти дни между станциями Маук и Кыштым до озера Куяш, и до нее было от Екатеринбурга около 120 км.

22 Андогский Александр Иванович - генерал-майор Российской императорской армии, в описываемое время возглавлял военную академию. -См.: Иностранцев М. Академия Генштаба и гибель царской семьи в Екатеринбурге. Из воспоминаний профессора бывшей академии Генштаба //Уральская старина. -Екатеринбург, 1994. -Вып. 1. -С. 17-43.

23 Возможно, Брехманис попал в группу из 62 человек так называемых камышловских заложников, расстрелянных чекистами 27 июня 1918 г. -См.: Зауральский край (Екатеринбург). -1918. -23 авг.

24 Голицын Владимир Васильевич - генерал-майор, первый командующий 7 Уральской дивизии горных стрелков. -См: РГВА. Ф.39811 .Оп. 1 .Д.6.Л. 1.

25 Манюков - ошибочно, скорее всего, это полковник Ванюков - командир 47 Тагильского стрелкового полка 12 Уральской дивизии. -См.: РГВА. Ф.39517.0п. 1.Д.35.Л.95.

Риза-Хирза - ошибочно, скорее всего, это персидский принц полковник Риза Кули-Мирза, управляющий делами Екатеринбургского комитета Георгиевских кавалеров. -См.: Уральская жизнь. - 1918. -6 дек.

26 Имя пропущено - примечание издателя мемуаров.

27 Полковник Э.Рютель сменил на посту начальника штаба 7 Уральской дивизии Р.К.Бангерского. - См.: РГВА. Ф.39517.0П.1.Д.35.Л.79.

Перевод с латышского Тейване-Матвеевой К. А.

Публикация и комментарии подготовлены Кручининым А.М.







Tags: Гражданская война 1917-1924, СССР, историческая справочная, латышские стрелки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments