maksim_kot (maksim_kot) wrote,
maksim_kot
maksim_kot

Category:

«Первый солдат Третьего Райха» брал Ригу в 1919 году и был в ней увековечен!

Оригинал взят у rzhavin77 в «Первый солдат Третьего Райха» брал Ригу в 1919 году и был в ней увековечен!
Забытый герой Германии и любимец Гитлера, или Кто же автор крылатых слов о культуре?

«Когда я слышу слово „культура”, моя рука тянется к пистолету». Кому только не приписывают эту замечательную фразу: Геббельсу, Гиммлеру, Гейдриху, фон Шираху. И всё мимо! На самом деле это… Не, пока лишь отмечу, что Рига оказалась-таки небеспричастна этому. И вот каким образом.

Schlageter
Шлагетер перед казнью (wikipedia.org).

26 мая 1923 года в Гольцгейме (ныне – часть Дюссельдорфа) французская оккупационная пуля трагически оборвала жизнь отставного лейтенанта Немецкой армии Альберта Лео Шлагетера. На событие откликнулась даже латвийская пресса. Шлагетера называли «торговцем», «фанатиком» и даже «террористом». Всё поменялось в 1941–1944: «истинный патриот», «боевой товарищ генерала Балодиса», «герой», «легенда 22 мая 1919 года». А в 1942 году рижская улица Ноликтавас была названа улицей Шлагетера (Schlageterstrasse, Šlagetera iela). Но почему? Кто такой Шлагетер? И как он был связан с Ригой?

Альберт Лео Шлагетер (Albert Leo Schlageter) родился 12 августа 1894 года в Баден-Вюртемберге в католической семье. Во время Первой Мировой войны добровольцем вступил в Немецкую армию, сражался на Западном фронте в составе 6-го Баденского полка полевой артиллерии с декабря 1914 года, участвовал в битвах под Ипром, на реке Сомме, в Верденской мясорубке. Шлагетер был награждён Железными крестами 2-го и 1-го класса. Последним в апреле 1918 года за «особенно рискованный дозор».

Schlageter
Альберт Лео Шлагетер во время службы в Немецкой армии. Уже награждён Железным крестом (wikipedia.org).

Но война закончилась поражением Германии. Молодой лейтенант демобилизуется и в декабре 1918 года поступает на экономический факультет фрайбургского университета. Однако не судьба. Это лишь формально война закончилась, но на самом деле не прекращается – с одной стороны, Антанта продолжает терзать поверженный Второй Райх, с другой стороны, большевики забыли о похабном Брест-Литовском мире, перешли в наступление и готовы вернуть России территориальные потери. И если на Западе оружие сложено, то на Востоке ещё можно сражаться! Кроме того, в самой Германии раскаляются угли грядущей Гражданской войны. Формируются добровольческие отряды правого, реваншистского толка – пока правительство не может ничего поделать, они берут инициативу в свои руки, сражаясь как с внутренним, так и с внешним врагом. Назывались такие отряды фрайкорами (Freikorps, буквально «добровольческий корпус», термин ещё со времён Наполеоновских войн). Одни из таких фрайкоров возглавил капитан Вальтер-Эберхард фон Медем (Walter-Eberhard von Medem, между прочим, погиб при загадочных обстоятельствах 9 мая 1945 года в Праге, похоже, дрался против «красных» до конца). Он собирается воевать в Прибалтике, куда его зовут остзейские немцы, понимающие отчаянность своего положения. Шлагетер бросает учёбу и присоединяется к фон Медему. Началась его борьба за Немецкий мир. Начался его путь в вечность.

Как Вы уже знаете, 22 мая 1919 года русская удаль и немецкая доблесть позволили взять Ригу всего за день. Но денёк был жарким! На самом деле, красные латышские стрелки могли свести на нет весь успех противника, если бы удержали или вообще взорвали мост через Двину – у Ландесвера не было под рукой сапёрных частей, которые бы смогли исправить положение. Напомню, что на тот момент запад и восток Риги связывал только Любекский мост, которые наспех возвели немцы в конце 1917 (по другим данным, в начале 1918) года почти на том же месте, где сейчас расположен Каменный (Октябрьский) мост.

Schlageter
«Рижские освободители у даугавских мостов, 22 мая 1919 года» (Laikmets, Nr.22, 1944, стр. 4).

Шлагетер проявил себя сорвиголовой в самый критический момент сражения. Когда немцы достигли реки, большевики попытались перейти в контратаку под прикрытием пулемётов. Но у них ничего не вышло. Командир ударного отряда фон Мантейфель-Цёге, фон Медем и Шлагетер с дюжиной храбрецов, двумя пулеметами и одним орудием прорвались по Любекскому мосту на восточный берег Западной Двины и создали там первый плацдарм, который удерживали до подхода основных сил. Бой был жестокий, едва не перешедший в рукопашную – Шлагетер метал гранаты в наседавших «красных» латышей!

А потом были горечь поражения от нашедших нового хозяина в лице Антанты эстонских и латышских сепаратистов под Цесисом, служба в Русской Западной добровольческой армии Бермондта (представляете, Шлагетер ходил с православным крестом на рукаве!), очередной бой, на сей раз неудачный, за Ригу и вынужденное отступление в Германию. Другой бы опустил руки, но не Шлагетер. Отечество в опасности, а значит, надо сражаться!

Шлагетер участвует в боях против коммунистов – Гражданская война тогда полыхала не только в России – и, по возможности, против демократов: так, в марте 1920 участвует в Капповском путче, а потом в боях против Рурской Красной Армии. Подчёркиваю: не «Русской», а именно «Рурской» (Rote Ruhrarmee). Немецкие рабочие тоже хотели достойно жить без капиталистической эксплуатации.

В мае 1921 года Шлагетер уже в Верхней Силезии – воюет против поляков. Это сейчас Варшава выражает бурное негодование по поводу Крыма. А тогда поляки сами вовсю занимались ирредентой, правдой и неправдой собирая польские земли в одно государство. По условиям Версальского мира, в Верхней Силезии должен был пройти референдум (плебисцит): оставаться в Германии или присоединяться к Польше? Несмотря на то, что поляки составляли 53% населения (а немцы 40%), большинство ясно проголосовало за Райх: 59,6% (и только 40,4% «за» Польшу).

И тогда поляки, несмотря на, а точнее, благодаря присутствию французских оккупационных войск, инспирировали «народное» восстание, начатое солдатами польской армии, замаскированными под местных жителей. С которыми, однако, несмотря на их численных перевес, немцы играючи справились менее чем за три недели, паны ничего не могли противопоставить боевому духу фрайкоров. Батарея Шлагетера сыграла важную роль в победе в удачной для немцев битве при Аннаберге. Кроме того, он организовал налет на крепость Коссель, где французскими властями содержались арестованные немцы, которых предполагалось депортировать на Остров Дьявола во Французской Гвиане, и освободил пленников. При этом Шлагетер спасал от самосуда попадавших в немецкий плен французов.

Антанта была недовольна успехами немцев. Часть Верхней Силезнии всё же потребовали отдать Польше. А ещё через год Франция решила в очередной раз унизить Германию. Версальским договором 1919 года на Германию возлагались обязательства по уплате грабительских репараций странам-победительницам в Первой Мировой войне. До событий в Верхней Силезии немцы старались их выплачивать – что ж, горе побеждённым. Но «политике исполнения» положил конец несправедливый раздел Верхней Силезии, несмотря на победу немцев как на плебисците, так и на поле боя.

Союзническая комиссия по репарациям зафиксировала факт отставания Германии по срокам репарационных поставок. И Франция использовала это как повод для ввода войск в Рурский бассейн, чтобы прибрать к своим рукам немецкую промышленность.

Ввод оккупационных войск вызвал волну народного гнева. Правительство призвало население к «пассивному сопротивлению». Выплата репараций была прекращена, промышленность, управленческий аппарат и транспорт охватила всеобщая забастовка. В борьбе с оккупантами использовался даже язык: все заимствованные из французского слова заменялись немецкими (Kantine на Werksgasthaus, «столовая для персонала»; Telefon на Fernsprecher, «телефон»; Trottoir на Gehweg, «тротуар»; automatisch на selbsttätig, «автоматический»).

А фрайкоровцы и коммунисты начали «активное сопротивление»: стали устраивать акты саботажа и совершали нападения на оккупационные войска. Стоит ли удивляться, что Шлагетер перебрался в Рур, где создал группу, занимавшуюся диверсиями, в частности организовав крушения поездов на вокзале Хюгель в Эссене и на железнодорожном мосту у Калькума.

К сожалению, фронтовик не обладал навыками конспирации. В результате, Шлагетер был арестован в апреле, 7 мая был приговорён к расстрелу, утром 26 мая приговор был приведён в исполнение. Французские солдаты были поражены, с каким мужеством Шлагетер встретил смерть. По их словам, только искренне верящий в правоту своего дела мог так себя вести. Всего за время Рурского конфликта оккупанты убили 137 человек, включая заложников (демократам можно, ага). Вечная память героям и мученикам!

Schlageter
Казнь Шлагетера (virtus-et-gloria.com).

Понятно, что Шлагетер сразу стал иконой для «правых». Но даже коммунисты отдавали должное подвижничеству Шлагетера. Карл Радек, называя Шлагетера «странником в никуда», сказал следующее:

«Судьбу этого мученика немецкого национализма нельзя замолчать, и от этого нельзя отделаться ничего не значащей фразой. Она многое что может сказать нам и всему немецкому народу. Мы не сентиментальные романтики, которые у гроба забывают о вражде, и мы не дипломаты, которые говорят: о покойнике либо хорошо, либо ничего. Шлагетер, мужественный солдат контрреволюции, заслуживает того, чтобы мы, солдаты революции, честно по-мужски воздали ему почести».

По его мнению, с которым трудно не согласиться, Шлагетер был героем. Но героем, который не понял, против кого нужно было сражаться на самом деле:

«Мы думаем, что подавляющее большинство национально мыслящих масс принадлежит не к лагерю капитала, но к лагерю труда. Мы хотим и мы будем искать путь к этим массам и этот путь найдем. Мы будем делать всё, чтобы такие люди, как Шлагетер, которые готовы идти на смерть за общее дело, были не странниками в никуда, а странниками в лучшее будущее для всего человечества, чтоб они бескорыстно проливали свою горячую кровь не ради прибылей угольных и железных баронов, но за дело великого трудового немецкого народа, который является членом семьи народов, борющихся за освобождение... Шлагетер не может больше услышать правду. Но мы уверены, что сотни Шлагетеров услышат и поймут её».

Увы, большинство всё-таки не поняли. Нацизм им оказался ближе. Сам Шлагетер, ясное дело, тоже был человеком крайне «правых» взглядов. И с Гитлером был знаком, но порвал с ним в начале 1923 года, когда тот выступил против вооружённого сопротивления оккупантам. Правда, об этом нацисты скромно умалчивали, когда создали самый настоящий культ Шлагетера. Он был назван первым солдатом Третьего Райха (der erste Soldat des Dritten Reiches). На его примере воспитывали немецкую молодежь. Ему ставили памятники, ему посвящали песни, его именем назывались улицы, дома культуры, воинские части, даже корабль (ныне португальский парусник Sagres). Вот например, песня «Schlageter: Treu bis zur letzten Stunde» с хорошей подборкой иллюстраций о нём и фрайкорах:


А писатель Ганс Йост (Hanns Johst, в 1914 году пошёл в армию добровольцем) написал поставленную на день рождения Гитлера (тоже фронтовика и тоже добровольца) в 1933 году пьесу «Шлагетер» с посвящением «Адольфу Гитлеру с любовью и непоколебимой верностью» (Für Adolf Hitler in liebender Verehrung und unwandelbarer Treue). В этой пьесе была сцена с диалогом между Шлагетером и Фридрихом Тиманном (Friedrich Thiemann). Конец 1918 года. Они оба студенты, Шлагетер в раздумьях, но его alter ego Тиманн однозначно решил, что учёбу надо оставить ради борьбы за Отечество, пока оно несвободно. В конце концов, конечно же, Шлагетер соглашается с доводами товарища.

И вот там-то и сказал Йост устами Тиманна легендарную фразу:

«Wenn ich Kultur höre… entsichere ich meinen Browning» («Когда я слышу слово „культура”… я снимаю с предохранителя свой Браунинг!»).

Сам Шлагетер тоже разошёлся на цитаты. Сейчас в интернете многие любят ставить картинки с текстом. Ничто не ново под Луной! За неимением виртуальной сети, правда, слова печатали на плакатах и клеили на стенах, заборах и тумбах. Такой чести, например, заслужили последние слова Шлагетера, сказанные им перед казнью:

«Sei was du willst, aber was du bist, habe den Mut, ganz zu sein» («Будь кем хочешь, но имей мужество быть тем, кто ты есть, целиком»).

Schlageter
«Будь кем хочешь, но имей мужество быть тем, кто ты есть, целиком», плакат, 1941 год (lib.umn.edu).

А потом нацисты, сгубив миллионы жизней, проиграли. И Шлагетер, несмотря на его пламенный антикоммунизм, попал под жернова денацификации. Героя сражений против большевиков забыли. И на родине, и в Латвии. Справедливо ли это? Да, Шлагетера прославлял Гитлер, но разве это повод предавать имя героя забвению? Всенародно избранный фюрер ведь и вегетарианцем был, но никто же на этом основании не предаёт анафеме данное движение и его приверженцев. И с курением, кстати, Гитлер боролся, но ведь не смолить же теперь назло до рака лёгких!

Думаю, всё дело в том, что Шлагетер был искренним неподкупным патриотом. И тем он и опасен для современной демократии. От такого барыгам мира капитала не откупиться. Что, прямо скажем, нехороший пример для общества потребления. А если ещё вдруг очередной Шлагетер поверит Радеку?! Вообще жуть.

Шлагетер воевал против русских и коммунистов. Но это враг, достойный только уважения: благородный, идейный, искренний, не ищущий личной выгоды, а отдавший Отечеству и народу всё, включая самое дорогое – свою жизнь. Можно лишь сожалеть, что у русских в 1991 году не нашлось такого же лейтенанта, который бы боролся против сепаратистов и коллаборационистов, рвавших страну на куски. Увы, Русский мир протух ещё до своего проявления. А немцы хотя бы пытались. И не вина Шлагетера, что наследники оказались слепцами, выбрав преступную идеологию, и слабаками. Он имел мужество быть собой – целиком и до конца.

Tags: Германия, Гражданская война 1917-1924, Латвия до 1940, Первая мировая, историческая справочная, фашизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments