maksim_kot (maksim_kot) wrote,
maksim_kot
maksim_kot

Categories:

Как живется человеку с диагнозом "шизофрения": "Не думала, что меня увезут на Твайка".

Помимо болезнеописания, статья интересна бытописанием сегодняшней молодёжи, так что рекомендую!
хоть кино сымай!
(Твайка - улица на которой находится рижская "психушка".)
http://g2.delphi.lv/images/pix/659x380/omly6ili5KE/file38541665_e6d943e0.jpg

Не думала, что меня увезут на Твайка.
Как живется человеку с диагнозом "шизофрения"
.

1. Детство, учеба и работа
2. Англия и депрессия
3. Больница, диагноз и страшный шок
4. Выздоровление, влюбленность и разбитое сердце
5. Возвращение болезни
6. Моменты вдохновения


Порой, жизнь преподносит нам очень неприятные "сюрпризы", к которым мы оказываемся совершенно не готовы. Так случилось и с Мадарой, которой латвийские врачи поставили шокирующий диагноз — "шизофрения". Эта болезнь отнимает огромное количество сил как у самого больного, так и у людей, его окружающих. Болезнь, требующая от больного огромной веры в себя. Мадара поделилась своей непростой историей с порталом Delfi, и рассказала, как это — жить со столь тяжелым диагнозом.
"Мы никогда не задумываемся о том, что нечто подобное может случиться с нами", — говорит Мадара. "Ни к чему в жизни нельзя подготовиться заранее, и вопрос — нужно ли? Мы никогда не знаем, что ожидает нас впереди.
[Spoiler (click to open)]

Детство, учеба и работа

Вентспилчанке Мадаре 25 лет. Детство ее было обычным — она много гуляла по морю, играла во дворе. Девочка росла в любви и свободе, прекрасно училась и увлекалась искусством. Но однажды все изменилось.

"Из-за того, что младшая сестра родила ребенка в то время, когда я заканчивала среднюю школу, родителям пришлось помогать ей, и о моем будущем они уже думать не успевали. В 19 лет я поступила на филфак Латвийского университета. Учеба мне очень нравилась, однако вскоре ее пришлось бросить из-за невозможности совмещения с работой. Какое-то время я работала в одном из ресторанов в Вецриге — трудиться там приходилось с раннего утра до поздней ночи", — вспоминает Мадара. "Через три года я попыталась вновь поступить в вуз, но в Латвийском колледже культуры у меня вскоре опять начались "старые" проблемы. Год я честно пыталась все совмещать, но, казалось, что если я продолжу ходить на лекции сразу после работы, еще хоть пару недель пропуская ночной сон, то окончательно испорчу свое здоровье", — рассказывает Мадара.

Девушка перепробовала множество различных работ — в ресторанах, барах, газетах, а также в области телекоммуникационных услуг. Кроме того, она всегда увлекалась фотоискусством: "Иногда выходило снимать девичники и свадьбы, делала я и индивидуальные фотосессии. Еще я играла в театре. А в прошлом году успела поработать "au-pair" в Англии. Сейчас вот планирую переехать в Амстердам, найти работу там", — делится девушка своими планами на будущее.

Англия и депрессия

Все началось когда мне было 18 лет. Из-за финансовых трудностей и давления со стороны родителей, после окончания средней школы я переехала в Англию к маминой сестре, которая была старше меня всего на три года. Я бы с радостью осталась в Латвии, где у меня тогда было много друзей и занятий по интересам, но из-за кризиса казалось, что в Англии я смогу заработать больше. В реальности же я там работала на складах и фабриках. Вставать мне приходилось в шесть утра, а домой с работы я приходила уже затемно. На себя времени не оставалось совсем. Абсолютно все крутилось вокруг тяжелого и монотонного труда", — вспоминает Мадара сложную жизнь за границей.

"Поверх всего наложился еще и стресс от неизвестности — будет ли завтра работа вообще? Ее приходилось часто менять, а порой и вообще неделями сидеть без денег. Думаю, именно в Англии у меня началась депрессия, только я долго этого не осознавала. Как, мол, так — ведь я всегда была душой компании, всегда всем улыбалась, да и вообще — более жизнерадостного человека еще нужно было бы поискать. Даже в школе я училась лучше остальных. Если кто-то из знакомых говорил о депрессии, мне трудно было это понять, ведь у меня всегда все было так классно! А в Англии мне очень сильно недоставало моих друзей и близких.

Раньше я играла в Вентспилсском театре, и однажды режиссер позвонил мне в Англию и сказал, что их постановку покажут в театре Дайлес, предложил присоединиться к их труппе. После полугода работы на английских фабриках мне так хотелось сделать перерыв, и это предложение казалась хорошим поводом, чтобы вернуться в Латвию. Я приехала, отыграла спектакль, и тогда передо мной встал логичный вопрос — что делать дальше? Отец в то время сам работал в Шотландии, а мама была в Вентспилсе. Она сказала мне идти работать продавщицей в местном магазине, но сидение за кассой в "Максиме" меня не очень-то привлекало, поэтому я решила остаться дома и поискать другие варианты. Признаться, я иногда люблю "пофилософствовать", но в тот раз все затянулось. Я увлеклась.
"Окружающие начали замечать в моем поведении какие-то странности, которых сама я не ощущала. Около месяца я почти ничего не ела, потому что у меня не было аппетита, днями напролет я лежала в кровати, а иногда наоборот — могла не спать несколько ночей подряд. Начала работать, но ходить на работу мне совсем не хотелось — я делала все "на автомате". Даже к себе я относилась поверхностно — перестала краситься и прихорашиваться, даже в душ ходить приходилось через силу.

Больница, диагноз и страшный шок

Мадара все время о чем-то беспокоилась. "Я думала о том, почему я еще не поступила в университет, ведь все мои друзья уже это сделали. Мне казалось, что я не могу претворить в жизнь ни один из своих планов. Я была настолько зла на себя за то, что еще ничего в жизни не достигла. Я оценивала и судила себя слишком строго. Настолько, что даже начала задумываться о суициде. Меня больше ничего не интересовало, я больше не могла найти в жизни ничего красивого и достойного внимания".
"Однажды вечером мама вызвала скорую помощь, чтобы меня увезли в лечебницу, потому что мое поведение стало, по ее мнению, уже совсем неадекватным.
"Из больничной жизни помню не особо много, потому что мне кололи большие дозы транквилизаторов. Через месяц я вернулась домой с диагнозом "параноидальная шизофрения". Это серьезное заболевание, причины появления которого до сих пор не выяснены. Кроме того, я и сама не могла объяснить происходящего со мной. Только вот врачи говорили, что теперь три года мне необходимо будет принимать сильные препараты. Мне тогда казалось, что это слишком долгий срок, поэтому через неполный год я бросила лекарства. Они вызывали ужасную сонливость – я могла проспать с утра до вечера, а ночью на пару часов просыпалась, чтобы посидеть в интернете, и вновь заснуть. Прием таблеток был несовместим с работой в Риге, поэтому лекарства, которые мама присылала из Вентспилса, я просто выбрасывала. Из-за этих таблеток я за полгода поправилась на 25 кг. Время от времени я все еще их принимала, но это длилось от силы несколько дней подряд, а потом я вновь забрасывала их подальше. Не хотела превращаться в овощ", — рассказывает девушка.

Выздоровление, влюбленность и разбитое сердце

Спустя какое-то время Мадара вновь начала интересоваться жизнью. Окрыленная тем, что ей удалось побороть депрессию, девушка начала заниматься спортом и избавилась от лишнего веса.

"Все было прекрасно и замечательно — до того момента, когда спустя шесть лет я вновь решила переехать в Англию. В этот раз все было по моей воле, никто на меня не давил. Я уехала, потому что влюбилась в англичанина. По приезду я начала работать няней в местной семье, но работа оказалась для меня слишком тяжелой — по 15 часов в день я драила их дом, готовила им еду и следила за их детьми. А семья была крайне требовательной — дом должен был блестеть и переливаться, блюда должны были быть ресторанного качества, а детям нельзя было даже намекнуть на то, что они в чем-то провинились. Даже если они хотели есть сладкое вместо основной еды, и регулярно оставляли свои грязные носки и белье на обеденном столе", — делится Мадара.

"Готовила я, в основном, блюда азиатской и индийской кухни, но пару раз "хозяева" высказались по поводу их "недостаточной аутентичности" — мол, "в ресторанах было вкуснее". Мне это показалось настоящим безумием, ведь, в конце-концов, я не азиатка, и не профессиональный повар! А вот с другом отношения складывались просто замечательно — он спасал меня от сумасшедшей английской семейки хотя бы на время выходных. Кроме того, он очень хотел от меня ребенка, и говорил, что мы поженимся. Я долго думала, и решила согласиться на его предложение, потому что и сама хотела создать семью. Во время летних каникул мы планировали вместе приехать в Латвию, чтобы жених мог познакомиться с моими родителями. И вдруг я узнала, что параллельно он встречается еще с какой-то иностранкой, рассказывая ей точно такие-же сказки о браке и детях. Мое сердце было разбито. Я не могла поверить в происходящее. Через какое-то время он попросил прощения, умоляя дать ему второй шанс. И я простила его."
"Конечно, это было глупостью с моей стороны, ведь, вопреки обещаниям, он не расстался со своей любовницей, и меня использовали уже дважды. Из английской семьи я просто сбежала — собрала все свои вещи и оставила записку, в которой попросила меня не искать. Я пыталась искать работу в другом городе, но к Рождеству мои силы были на исходе — я вернулась в Латвию абсолютно изможденной, да еще и с разбитым сердцем

Возвращение болезни

Родители встретили девушку холодно. Вместо объятий ее ждали многочисленные упреки. Они постоянно повторяли дочери, что та ведет себя непоследовательно. И без того нелегкое положение девушки усугублялось постоянными переживаниями о неудавшихся отношениях. Мать вновь послала Мадару к врачу.
"Я пошла, и доктор выписал мне очень легкие лекарства, которые совершенно не помогали. Состояние мое становилось все хуже — вновь пропал аппетит, а за ним и интерес к жизни. Я не могла даже самостоятельно пойти в душ и одеться. Семья послала меня в Рижскую психиатрическую больницу. В этот раз я помню свое пребывание там очень отчетливо: быстрее начала приходить в себя, регулярно ходила в душ, пользовалась косметикой и пыталась хорошо выглядеть. Даже такие простые вещи душевнобольным людям бывает выполнять крайне сложно. А ярче всего я помню, как могла нескончаемое количество раз слушать одну и ту же песню — она была довольно меланхоличной, но мне помогала. Если кто-то включал радио, и там звучала музыка, которая мне не нравилась, я очень резко реагировала на это. Мне необходимо было, чтобы звучала именно та песня. Я быстро вернулась к чтению журналов и просмотрю фильмов, хотя сначала это казалось мне какой-то невыполнимой миссией. Друзья и родственники приходили ко мне в гости, привозили разные угощения, и говорили, чтобы я ни о чем не беспокоилась", — вспоминает девушка.
"Я очень чувствительный человек, поэтому мне было сложно. Трудно было сжиться с мыслью о том, что я нахожусь на Твайка. Почему это происходит со мной, а не с кем-то еще? Как оказалось позже, болезнь была моим "наследством" от бабушки. А я об этом никогда даже не подозревала, ведь в семье попросту не принято было говорить о подобном. Психические расстройства очень сильно стигматизированы. Сейчас прошло шесть месяцев с тех пор, как я вновь начала принимать лекарства. Эти препараты гораздо лучше тех, что мне прописали в первый раз. Я больше не чувствую себя овощем, суточный ритм выровнялся. Я немного набрала в весе, но думаю, что это из-за несоблюдения диеты и отсутствия тренировок. Через некоторое время вновь планирую заняться спортом и скорректировать свой рацион.

Моменты вдохновения

"После тяжелых падений всегда очень трудно встать и идти дальше, но все же это возможно. Чтобы прийти в себя после первой поездки в больницу, мне понадобилось два года. Сейчас же прогресс гораздо больше — в моем поведении уже ничего не говорит о шизофрении. Остался лишь прием лекарств — их мне предстоит пить еще два с половиной года. Семья мне помогает. Теперь они общаются со мной как с нормальным человеком. Сосед по квартире каждый вечер говорит со мной, заставляя рассказывать все, что у меня на душе. Кроме того, я пользуюсь сервисом Tinder, поэтому романтики и свиданий в моей жизни тоже хватает. Конечно, своим "увлечениям" я о болезни ничего не рассказываю. Об этом узнает только мой будущий муж, которого я обязательно однажды встречу".
"Я много путешествую — в моей "копилке" более 30 стран на четырех континентах, но в Южной Корее я побывать пока не успела. Надеюсь посетить ее в следующем году. Кроме того, я все еще люблю фотографировать — в основном, моделями моих съемок становятся дети сетры. Благо, их у нее много", — улыбаясь говорит Мадара.
"Другим женщинам я бы сказала, что нет ничего невозможного. Если с диагнозом "шизофрения" я могу жить жизнью полноценного человека, то и все остальные могут. Нужно просто ставить себе цели и идти к ним. Стараюсь все воспринимать менее серьезно, не парясь по поводу мелких неурядиц. Всегда помню, что может быть и хуже. В больнице узнала, что есть больные шизофренией в гораздо более тяжелых формах. Так что я просто радуюсь, что мне не нужно "гостить" там постоянно. А следующего раза просто не будет! Для того, чтобы избежать таких обострений, я готова сделать все, что потребуется!

Лиене Скулме
DELFI Woman
18. июля 2016


http://www.delfi.lv/woman/semja-otnoshenija/psihologija/ne-dumala-chto-menya-uvezut-na-tvajka-kak-zhivetsya-cheloveku-s-diagnozom-shizofreniya?id=47685417


Tags: Великобритания, Европа, Латвия сегодня, кризис, медицина
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments